СВЯТОЙ КНЯЗЬ ВЛАДИМИР И КРЕЩЕНИЕ РУСИ

Византии принадлежит особая роль в деле просвещения Руси светом евангельского благовестия. Являясь восточной половиной Римской империи, в пределах которой совершились события Нового Завета, возникла Церковь и достигла высочайшего уровня христианская культура. Византия не могла не вызывать религиозных симпатий со стороны древнерусского народа, для которого она предопределена была стать светом с Востока – ex oriente Lux.

крещение руси

Славяно-византийские отношения уходят своими корнями в глубокую древность, но лишь в Х веке при святом равноапостольном князе Владимире происходит официальное утверждение христианства в Киевской Руси. Наряду с принятием Христовой веры шел процесс централизации русского народа в единое государство.

Киевская Русь накануне принятия христианства охватывала территорию от южного побережья Ладожского озера до среднего Днепра, от северного склона Карпат до средней Волги и нижней Оки. «Повесть временных лет» сообщает, что князь Владимир собрал под свою власть различные племена восточных славян. Покоренных Святославом, но отпавших от киевской власти вятичей, ему пришлось покорять и обкладывать данью заново; аналогичная операция была проделана в отношении радимичей. На востоке власть киевского князя в результате военных походов простерлась на камских болгар, а на западе походы привели к покорению ляхов, кроме того, войско Владимира воевало с литвой, закарпатскими хорватами. Эти успешные операции укрепили позиции великого князя и подняли международный авторитет Руси. Они обеспечили князю Владимиру популярность, но не могли стабилизировать внутреннее положение. Становилась очевидной необходимость «вдохнуть сознание единства в души столь отдаленных друг от друга племен, как хорваты на реке Сане и вятичи в Приокских лесах».1

Между тем в Русском государстве быстро нарастал духовный кризис. Славянское язычество представляло собой «довольно хаотическую совокупность различных верований, культов, но не учение. Это соединение религиозных обрядов и целого вороха объектов религиозного почитания».2

Постепенно эти религиозные формы язычества пришли в противоречие с крепнувшей русской государственностью. Создание сильного Киевского государства, поставившего себя на видное место среди европейских народов, находилось в самом разительном контрасте с формами славянского язычества. Исходя из этих оснований великий киевский князь Владимир предпринял попытку реформировать славянский пантеон. Под 980 годом «Повесть временных лет» сообщает:

«И нача княжити Володимер в Киеве един, и постави кумиры на холму вне двора теремного: Перуна древяна, а главу его сребрену, а ус злат, и Хорса, и Дажьбога, и Стрибога, и Симарьгла, и Мокошь. И жряху им, наричюще я боги, и привожаху сыны своя и дщеры, и жряху бесом, и осквернях землю требами своими».3

Несомненно, что основанием такой реформы была мысль о необходимости нахождения единой религиозной основы для государственного объединения восточных славян. Я. Е. Боровский считает, что данная реформа была проведена «с целью политического объединения Руси под главенством Киева», чему должно было помочь появление в Киеве «нового языческого пантеона».4

Однако попытки создать такое единство на языческом фундаменте были исторически бесперспективны. Исследователи отмечают, что «в тех реальных исторических условиях только христианство, как строго монотеистическая религия, могло утвердиться как единая религия всех восточных славян».5

В то же время в душе князя Владимира, независимо от государственных или иных соображений, происходит глубокий внутренний процесс обращения к Богу. Это личное, чисто духовное устремление князя ко Христу объясняется кризисом его языческой веры.

Архиепископ Филарет (Гумилевский) в своей «Истории Русской Церкви» так реконструирует внутреннюю логику духовного кризиса князя Владимира: «Ужасное братоубийство, победы, купленные кровью чужих и своих, сластолюбие грубое не могли не тяготить совести даже язычника. Владимир думал облегчить душу тем, что ставил новые кумиры на берегах Днепра и Волхова, украшал их серебром и золотом, закалывал тучные жертвы пред ними, мало того, — пролил даже кровь двух христиан на жертвеннике идольском. Но все это, как чувствовал он, не доставляло покоя душе, — душа искала света и мира».6

Митрополит Иларион в «Слове о законе и благодати» указывает на истинные, глубинные причины, побудившие князя Владимира принять христианство:

«Сошло на него посещение Вышнего, призрело на него Всемилостивое Око Благого Бога. И воссиял разум в сердце его, чтобы уразуметь суету идольской лжи, взыскать же Бога Единого, создавшего всю тварь, видимую и невидимую. К тому же всегда он слышал о благоверной земле греческой, христолюбивой и сильной верою: как (там) Бога Единого в Троице почитают и поклоняются (Ему), как у них являются силы, и чудеса, и знамения, как церкви людьми наполнены, как веси и города благоверны, все в молитвах предстоят, все Богу служат. И услышав это, возжелал сердцем, возгорелся духом, чтобы быть ему христианином и земле его также быть (христианской), что и произошло по изволению Божию о естестве человеческом».7

О духовных мотивах обращения князя Владимира свидетельствует Иаков Мних в «Похвале князю русскому Владимиру». Он говорит, что Владимир с особым вниманием слушал рассказы о бабке своей Ольге, как ходила она в Царьград и

«прияла бяше святое крещение и пожи добре пред Богом, всеми добрыми делы украсившися, и почи с миром о Христе Иисусе и в вере блазе». Под влиянием этих слов «разгарашеся Святым Духом сердце его, хотя святого крещениа. Видя же Бог хотение сердца его, провидя доброту его и призре с небесе милостию Своею и щедротами и в Троици славимый Бог, Отец и Сын и Святый Дух, на князя Володимера, — испытая сердца и утробы, Бог праведен, вся прежде ведый, и просвети сердце князю Русскиа земля Володимеру приати Святое Крещение».8

Преподобный Нестор Летописец в «Сказании об убиении святых Бориса и Глеба» отмечает, что христианином сделало князя Владимира «явление Божие».9

Таким образом, по свидетельству наших древнейших писателей митрополита Илариона, Иоакова Мниха и преподобного Нестора, обращение князя Владимира в христианство произошло по многим внутренним и внешним причинам. Что же касается рассказа «Повести временных лет» о выборе вер, то он, как правильно заметил В.В. Мавродин, несомненно «отражает реальную действительность».10

Исследователи считают, что этот рассказ «подтверждается историческими данными со стороны представителей различных религий, так же как и знакомство русских людей с магометанством, иудейством и христианством, восточным и западным, на местах, и является фактом вполне реальным и достоверным. Но форма изложения носит полемический характер и принадлежит позднейшему автору, а не первоначальному летописцу».11

Относительно вопроса о времени и месте крещения князя Владимира существует несколько научных версий. Согласно общепринятому мнению, князь Владимир принял крещение в 988 году в покоренном им греческом городе Корсуне (Херсонесе) в Крыму; по второй версии князь Владимир крестился от киевских христиан в 987 году в г. Василеве; по третьей – в 987 году в Киеве от греков. «В конце концов, — отмечает профессор протоиерей И. Белевцев, — важно не это, где и когда крестился князь Владимир, а то, что он, «возгорелся духом и возжелал сердцем быть христианином».12

Будучи просвещен благодатью Святого Духа и глубоко осмыслив величайшую спасительную силу православной веры для жизни своего народа, князь Владимир решил «обратить всю землю свою в христианство». Принятие этого решения было ускорено неожиданными политическими событиями: соправители-императоры Византии Василий II и Константин, ощущая угрозу государственного переворота со стороны военачальников Склира и Фоки, обратились к князю Владимиру за военной помощью. По сообщению Яхьи Антиохийского, арабского христианского историка XI в., Владимир, в соответствии с подписанным договором, направил в Византию шеститысячный военный отряд. В свою очередь он получал в жены сестру Василия и Константина – Анну.13

Князь Владимир стремился тем самым «поднять свою страну до уровня Византии… и ввести русский народ в семью христианских народов».14

Договором предусматривалось, что сам князь и вся Русь принимали христианство.
Как известно, греки не выполнили свое обещание, и не выдали Анну замуж за Владимира. Тогда киевский князь решил прибегнуть к силе и выступил в поход на Корсунь. Во время осады города он молил Господа помочь взять ему Корсунь, чтобы привести, как писал Иаков Мних,

«люди крестьяны и попы на свою землю, да научат люди закону крестьянскому».15

После взятия Корсуни Владимир послал требование императорам Византии выдать за него принцессу Анну и, когда она прибыла, венчался с ней. Возвратившись в Киев с супругой, греческим духовенством, различной церковной утварью и святынями, князь Владимир приступил к государственному введению христианства на Руси.

Прежде всего, князь Владимир крестил своих сыновей и многих бояр, затем приказал уничтожить языческих идолов.

«Наутрия же, — говорит преподобный Нестор Летописец, — изиде Володимер с попы царицины и с корсуньскыми на Днепр, и снидеся бе-щисла людий. Влезоша в воду, и стаяху овы до шие, а друзии до персий, младии же по перси от берега, а друзии же младенци держащее, свершении же бродяху, Попове же стояще молитвы творяху. И бяше си видети радость на небеси и на земли, толико душь спасаемых… Крестившим же ся людем, идоша кождо в домы своя. Володимер же рад быв, яко позна Бога сам и людье его, взрев на небо рече: «Христе Боже, створивый небо и землю! Призри на новыя люди сия, и даждь им, Господи, уведети Тобе, истинного Бога, якоже же уведеша страны хрестьянскыя. Утверди и веру в них праву и несовратьну, и мне помози, Господи, на супротивного врага, да, надеяся на Тя и на Твою державу, побежю козни его».16

Это великое событие совершилось, согласно летописной хронологии, принимаемой большинством исследователей, в 988 г., по мнению других – в 989-990 гг.
Таким образом, крещение князя Владимира и его народа положило начало истории Русской Православной Церкви. С этого времени устанавливаются основы взаимоотношений между государственной властью (в лице князей) и Церковью на Руси.

Принятие христианства от Византии приобщало Киевскую Русь к многовековой византийской традиции, которая выдвигала в качестве важнейшей задачи установление симфонии церковной и государственной власти. Поэтому церковно-государственные отношения в Киевской Руси строились на основе мирного сотрудничества властей, на базе добровольного взаимного служения в интересах всего народа. Именно потому Русская Церковь не только успешно исполняла свою основную миссию духовного воспитания древнерусского народа, но и оказывала огромное влияние на прекращение междоусобиц среди князей, на объединение княжеств в единое Русское государство. В то же время введение и распространение христианства на необозримых пространствах Киевской Руси среди многоплеменного населения не могло быть успешным без постоянной и деятельной помощи государственной власти.

Протоиерей Роман Заброцкий

С дипломной работы КДА
«Церковно-государственные
отношения в истории Православия на
Руси Х – ХVI веков»

rss подпискаСледить за выходом новых статей на этом сайте

Нажимая на кнопку, вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности и пользовательским соглашением

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Нажимая на кнопку, вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности и пользовательским соглашением.